Навождение

Антон Конандишин ехал домой. Он был голодный, усталый и злой. Медленно продвигаясь в пробке, он все больше и больше злился. Это же надо, истратить за один день такую сумму! Сегодня Любаша превзошла саму себя. Если так пойдет и дальше, то в один прекрасный день ему придет счет на оплату космического корабля! «С этим надо что-то делать, - негодовал он, - вот сейчас приеду домой и отберу все кредитки. Буду выдавать только на неотложные нужды. Интересно сколько это в деньгах «на неотложные нужды»?». Не то что бы он не любил жену, нет, он ее боготворил, но иногда она его просто бесила.
Преуспевающий бизнесмен он давно привык расплачиваться кредитными картами и не ходить в супермаркет. В пору учебы в институте он точно знал, сколько стоит пакет молока и пачка макарон. В те времена он поклялся, что построит для себя в отдельно взятой «Его Вселенной» райские кущи. И вот в этих кущах поселился монстр, многоглавое, ненасытное чудовище. Чудовище, питающееся людьми и деньгами.
В этом взвинченном состоянии Антон влетел в квартиру, пронесся по коридору, и немного притормозив уверенным твердым шагом, вошел в кухню. Эта поступь должна была сообщить Любаше, что он настроен решительно и никакому обжалованию его решение не подлежит. Один шаг, второй, третий, вот теперь он поднимет строгий взгляд, который скажет жене все без слов. Он перевел глаза на жену и остолбенел.
У накрытого к ужину стола стояло жуткое чудовище. Его гибкое тело отливало золотистой чешуей. Лапы, на которых стояло чудище, имели по четыре пальца, три из которых были скреплены перепонками, а четвертый с длинным когтем покачивался вверх-вниз, не доставая пол. Передние лапы заканчивались очень длинными тонкими пальцами с твердыми ороговевшими когтями. На толстой шее помещалась огромная лохматая голова, в выпуклых глазах полыхал адский огонь, из широкой пасти торчали страшные клыки, с которых капала, казалось серная слюна.
Антон попятился, глаза заволокло туманной поволокой. Из другой вселенной он услышал, как кто-то очень знакомый зовет его по имени, но не сразу смог понять кто это и где он.
- Антон…, Тоша…, Антоша, милый.
Наконец пелена начала спадать, он моргнул еще пару раз и уставился на жену. Та с испуганным и немного обиженным видом смотрела на него.
- Тош, чего это ты на меня так уставился, как будто здесь стою не я, а Чудо-юдо ужасное?
- Ты и есть Чудо-юдо и не только ужасное, но и расточительное. – Антон потряс головой. Это же надо было себя так накрутить, что в родной жене увидеть монстра.
Любаша рассмеялась и начала хлопотать вокруг него. Что ни говори, а вот кулинарка она была отменная. Борщ с пампушками, «Мясные пальчики» с картофельным пюре, и, наконец, пирог с яблоками (у Любаши сегодня было явно «Украинское» настроение) привели Антона в благодушное настроение. Переместившись с куском пирога к телевизору, на свой любимый диван Антон  блаженно потянулся. Ругаться уже не хотелось. Жена скользнула к нему под бок.
- Тош…
- Не называй меня так, ты же знаешь, я не люблю, - беззлобно откликнулся он.
- Милый не ворчи, тебе не идет – надула губки Любаша. – Я сегодня попала в неприятную ситуацию. На моей карте совсем, совсем не было наличности. Ты заблокировал мои счета? – ее глаза наполнились слезами.
- Не будешь столько тратить, - огрызнулся Антон, - на что ты истратила такую сумму?
- Это сюрприз, - игриво протянула жена.
- Да! И где же он?
- Потерпи, скоро узнаешь.
- И сколько же мне ждать?
- Через пару часов, имей терпение.
Любаша соскользнула с дивана и помчалась на кухню откуда раздалось звяканье посуды.
- Так ты разблокируешь мои счета, - крикнула она оттуда.
- Возьми у меня в кармане любую, - на грани сна и сознания проговорил Антон, - но только одну!
И он погрузился в сон.
Любаша вышла в прихожую, вытирая руки кухонным полотенцем. Затем, закинув полотенце на плечо, достала портмоне мужа, немного там поискав, выбрала пару кредиток, сложила портмоне обратно, и взяла трубку телефона.
- Ириш, все в порядке, завтра идем по магазинам, - сообщила она в телефонную трубку.
- И как тебе это удается! – восхитилась подруга.
- Просто мы любим друг, друга. – Любаша улыбнулась, и ее глаза блеснули адским пламенем.