Рецензия на рассказ «Позывной “Надежда”»

Кажется, что безыскусное описание чьей-то простой жизни, по выхваченным из небытия старым фотографиям, должно привлекать свежестью правды и силой факта. Но, видимо, недостаточно одной безыскусности, потому что собранный из «фотоцитат» рассказ явно не оказывает того действия, на которое рассчитывал автор.
Не говоря уже о том, что некоторые из «фотографий» быть ими не могут по определению. Например, как догадаться, что изображено на этом «снимке»:
«Фото 1945г. Берлин.
- Надежда, я Гром. Победа! Ты слышишь, Надежда? Мир! Мы победили! Как принято? Прием
- Гром, я Надежда. Слышу. Мы победили! Ура!!»
Как бы вслед за страницами семейного фотоальбома, автор принимает хронологическую композицию. При этом и моменты в жизни героини выбирает главные, поворотные… Но сердечного отклика они не вызывают. Потому что слова – дежурные, случайные, даже «эхо слов», некий звуковой фон. Не удаётся найти единственно верных, неформальных, авторских слов, от души и от сердца. Только сухое описание «мизансцены».
Принятая вначале композиция «фото – описание» в конце рассказа сменяется описанием ночного ограбления. При всём моём уважении к несчастной старушке, внимания её персоне было оказано неправдоподобно много:
«Кто-то приходил, кто-то уходил – врачи с чемоданчиками, оперуполномоченные с бумажками, люди в камуфляжной форме с автоматами, толпы соседей и знакомых с чаем и без». Зачем после оперативников пришли люди с автоматами? В соседей верю, но не в толпы соседей. В знакомых? Сразу, ночью, после ограбления? Нет, не верю, пожалуй.
Ну и, на закуску, решил автор добить бедную бабушку:
««…двое ученых из всемирно известной обсерватории». «На подоконнике фотография дочки с мужем, по бокам горят две свечки. Перед снимком две стопки с водкой накрыты кусочками хлеба…»
В чем идея рассказа? «И вечный бой, покой нам только снится?» Нет, бабушка Настя с удовольствием бы отказалась от двух последних эпизодов, с ограблением и гибелью детей. В том, что жизнь вокруг не та, какой хотелось? А куда её возвращает в мыслях автор? В молодость? А молодость её – тот же бой! Получается замкнутый круг.
Ну хорошо, принимаем лозунг «Миру – мир» и идём охотиться на блох…
С запятыми беда. Впечатление такое, что автор получил их на складе мешок и, как сеятель в «Двенадцати стульях», раскидал живописно по тексту. Где переперчил, где недосолил… Всё отмечать не стану, много! Вот только один фрагмент, для примера, –  как есть и как надо:     
«- Настя? Говоришь восемнадцать? Комсомолка. Так-так – Покачал головой, - ладно запишу на курсы радисток. Не подкачаешь?»
«- Настя? Говоришь, восемнадцать? Комсомолка. Так-так, – покачал головой, - ладно, запишу на курсы радисток. Не подкачаешь?»
Плохо в котовасии запятых то, что ломают они интонацию фразы, глушат её музыку и терзают ритм.
«семейный альбом с пожелтевшими от времени фотографиями». Просто «с пожелтевшими». Иначе можно подумать, что их залили чаем или хранили зимой на балконе.
«Это была ее первая заброска в стан врага». И «заброска» неудачное слово, «подстрочное» какое-то, и «стан врага» напыщенное выражение. Если посидеть и подумать, то фраза означает «первый раз в немецком тылу».
«Автоматная очередь, раздававшаяся то тут, то там, грозила прервать сеанс связи». Если очередь раздаётся то тут, то там, это уже две очереди.
«- Надежда, я Гром. Сводку принял. Удачи…» Не знаю, не знаю… «Возвращайся…» мог сказать, а «удачи…» вряд ли. Не тот коленкор, война!
«Фото 1945г. Берлин». После числительного нужен пробел.
«- Гром, я Надежда. Слышу. Мы победили! Ура!!» Либо один восклицательный знак, либо три.
«Полукругом выстроились гости - родственники, друзья, и другие приглашенные». Царапают казёнщиной эти «другие» приглашенные и задаёшь себе вопрос – а какие другие?
Относительно имён. «Гром и Надежда. Настя и Николай». Надежда – это Надя, а не Настя. Но, если не опечатка, и Надежда не имя героини, а просто позывной, тогда теряется двойная метафора названия и уходит весь подтекст рассказа.
«- Мамаша, у Вас девочка». Ох, не любят редакторы в художественных текстах «Вы» с большой буквы!
«Поздравляю. Имя придумали?» Имя не придумывают, а выбирают. Хотя, некоторые и придумывают, конечно…
«Последний школьный звонок в сельской школе». Просто «последний звонок».
«Настя с букетом цветов стоит рядом с внуками и их одноклассниками». «внуками и их» - зияние гласных.
«На память с соседями на фоне машины с контейнером. Они переезжают на новое местожительство в погоне за лучшей жизнью». Почему память о соседях должна равняться машине с контейнером? При слове «контейнер» вижу мусоровозку. «Новое местожительство» – официоз. И, при отсутствии других сведений, почему это местожительство – обязательно погоня за лучшей жизнью?
«…Режим «к.т.о.», вот уж который, год вводят в приграничной зоне».
Зачем многоточие в начале фразы? Зачем «к.т.о.», про которое еще нужно вспоминать, что это «контр-террористическая операция»? Зачем обе запятые?
«За спиной города и годы, война и разруха, расцвет и развал страны, за которую сражалась она, и гибли ее товарищи». Получается по смыслу, что «развал страны» тоже дело рук бабушки Насти. Как в фильме – «А часовню тоже я развалил?»

Увы, увы – не в топ…